Бутан — маленькое гималайское королевство, известное концепцией «валового национального счастья» — объявил о выделении до 10 000 BTC на развитие особой экономической зоны Gelephu Mindfulness City. По данным Arkham Intelligence, страна уже владеет почти 6 000 BTC на сумму более $522 млн и занимает седьмое место среди суверенных держателей биткоина.
Любопытна сама модель. Король Джигме Кхесар Намгьял Вангчук описал GMC как «компанию, где землевладельцы — акционеры», а граждане из всех регионов станут бенефициарами проекта. Биткоин при этом продавать не планируют — резервы будут использоваться в качестве залога и размещаться на долгосрочных депозитов. Параллельно запущен золотой токен TER на Solana и первым в мире королевство интегрировало национальную систему цифровой идентификации с Ethereum.
Вообще, Бутан — очень интересное в плане приспособления к новым технологиям государство. Благодаря своему положению и размеру оно очень сильно напоминает скорее корпорацию, где глава получает власть по наследству, пройдя при этом хорошую подготовку. Мне вообще нравится концепция просвещенного единоличного правления (можно назвать его абсолютизмом или деспотизмом, хотя такая власть необязательно абсолютна и в Бутане монархия конституционная). Результат выглядит часто качественнее, чем демократический принцип “Выберем кого попало, но будем их регулярно менять”.
Про Бутан я впервые услышал еще в юности, когда увлекался филателией. Дело в том, что на протяжении 60-80 годов XX века почтовые марки этой страны вызывали жаркие дискуссии среди коллекционеров — они были необычной формы, печатались на необычных материалах — от шелка до золотой фольги, — даже снабжались запахами, в общем, активно целились в любителей, вызывая критику опытных специалистов. Ведь такие марки не использовались в реальном почтовом обращении вообще никогда, а именно это и является основным признаком почтовой марки. Тем более, что вся почтовая корреспонденция в Бутане всё это время обслуживалась почтовой службой соседней Индии. Но страна являлась членом Всемирного почтового союза, имела право на выпуск своих марок — и продала лицензию на это, кажется, лондонской компании, которая и занималась выпуском филателистических диковинок. Чуть позже, в 80-х, этим путем пошли Эмираты — до сих пор помню красочные марки Рас-эль-Хайма, посвященные зимним Олимпиадам, мягко говоря, не очень актуальным для этого небольшого эмирата.